Литературный портал "Что хочет автор" на www.litkonkurs.ru, e-mail: izdat@rzn.ru Проект: Все произведения

Автор: Синельников Алексей Павлович (Такой-то-Сякой)Номинация: Юмор и ирония

БУМАГОМАРАТЕЛЬ...

      ТАКОЙ-ТО-СЯКОЙ ЛИТЕРАТОР
   
   В былинные времена сборники очерков, рассказов
   начинались примерно так: "Нелегкая судьба журналиста
   снова забросила меня в Париж и свела…". Кого – куда, а меня
   в Мухосранск. Встреча с этим человеком произвела на
   меня большое впечатление. Придаю Вашему суду его рассказы.   
   
   Глава 1. ТИХИЙ СЕМЕЙНЫЙ ВЕЧЕР
   (записки раздраженного отца)
   
    Припоминаю, кажется, Грибоедов говорил, что у отцов взрослых дочерей возникают проблемы сродни геморрою. И, черт бы его подрал, но он ни слова не сказал о сыновьях, а на каком суку вешаться обладателю двух таких сокровищ нежного возраста вообще одному Богу известно, так как рекомендаций классиков на сей счет, нет. Впрочем, речь пойдет о дочери….
   
    "Папочка, - такое обращение, для справки неопытным отцам, всегда несёт в себе какую–нибудь неприятность, - Я сегодня, в метро познакомилась с таким классным парнем!".
   
   Надо сказать, что я не ханжа, и с пониманием отношусь ко всем новациям молодежи, хотя они, как и я, в их возрасте, ничего нового не придумали. Я полагаю, что дерзновенное право каждого поколения открывать самим для себя тайну появления детей на свет, является одним из мощных факторов демографического роста населения. При этом я категорически не согласен с тем, что "предки" ни хрена в "этом не петрят". Так о чем это я….
   
    - …В метро?!!!
    - Да, папочка, в метро. Как ты думаешь…
    - М-Да, куда мир катится?! Мы, например, с твоей мамой познакомились на хипповой дискотеке под нежные звуки "Ро-Роу-РаспутИн-н-н­"­ Бони-эМ, а не на "классной тус-с-совке под звуки МУ-уу"! Дожили…, наша единственная дочь, знакомится с молодым человеком в муниципальном транспорте! Жена! Жена! …Иди, иди сюда, …потенциальная вдова, посмотри, послушай, как ТВОЯ дочь глумиться над своим отцом!
   
    Из кухни вбегает жена. А где, по Вашему мнению, должна быть, все еще, если не молодая, то моложавая и симпатичная, женщина, которая хочет быть всегда желанной?
    - Что у вас опять произошло? На минуту нельзя оставить, что бы вы не переругались!
    - Ты слышала, что она сказала?! Она чуть ли не пыталась отдаться малознакомому мужчине на эскалаторе, и пришла ко мне за советом!
    - А к кому же ей идти? Сколько себя помню, только благодаря твоим незаурядным практическим навыкам в этой области, мы там её и зачали, и при этом сами не остались калеками, когда возвращались с дискотеки.
   
    - Чему ты учишь ребенка?
    - Я ее учу? Да я в метро, в последний раз, была лет пятнадцать тому назад.
    - Хороша мать! Не чего сказать! Ты там сто лет не была, а дочь наша как там оказалась?
    - Что ты орешь? Ты способен спокойно поговорить со мной и с дочерью? Может, у ребенка возникло первое чувство, и ей надо поговорить с нами об "ЭТОМ".
    - Блин, не могу понять это поколение! А в другом месте у нее первое чувство возникнуть не могло? Ни ты, ни я, мы там давно не были. Кто знает, кто сейчас там ездит? В наше время, это были воспитанные, интеллигентные, милые люди, и они не обращали внимания на то, чем мы с тобой занимались на кольцевой линии. А сейчас?!
   
    - И сейчас, быть может, не обращают…
    - И ты допускаешь, чтобы наша единственная дочь ездила в этом скопище равнодушных и безнравственных людей?
    - Ты, как мне кажется, драматизируешь ситуацию! Доченька, не скрывай от меня, пусть даже, самое страшное. Он действительно классный парень, и ты улетела с ним на все "сто"?
    - Мама, папа, о чем Вы говорите?....
    - Папа знает, о чем говорит!...
    - Доченька, я просто хочу тебя уберечь от возможных ошибок…
    - На что это ты намекаешь? У порядочной девушки, как у сапера, может быть только одна ошибка!
   
    - Милый, я не себя имела в виду, и ни на что не намекаю, но, согласись, ведь, наверное, есть саперы, которые не ошибаются.
   - Порядочные саперы, может быть, и есть, а девушек, судя по твоим словам, нет!
   - Доченька, папа тебе желает только добра, поэтому расскажи лучше сама, что… у вас было…..
   - Да ничего у нас не было! Парень подошел ко мне и сказал, что я классная девчонка. Еще он сказал, что с первого класса ездит по этой ветке, и ни разу не видел девочку, которая бы, как я, читала "Математический анализ"… и плакала. И он…
   
   - Что он!?
   - Что! Он?!
   - …И он сказал, что рассматриваемую функцию по бесконечному основанию проще преобразовать, если упростить пределы…
   - Вот!!! О чем я тебе и говорил! Они уже фрикцию вместе рассматривают, а пределы распущенности у них такие, что упрощать дальше некуда, воспитала…, нечего сказать!
   - Что значит, воспитала...? Это ты функцию от фрикции отличить не можешь!
   - А того и значит…, что ты! Воспитала…!
   - А ты где был?
   
   - Я? Тебе не стыдно?!
   - Почему это мне это должно быть стыдно?
   - Да потому, хотя бы, что нашему сыну и пятнадцати нет, а его уже разыскивает милиция! Это Я его ТАКИМ воспитал!!!
   - При чем здесь сын? Он отличник, в отличие от тебя!!!
   - А при том!!! Он выиграл чемпионат среди юниоров, и его приглашают в "Динамо".
   
   Чтоб Вы знали, неприятности никогда не приходят "в розницу", в комнату заходит сын.
    - Бать, - такое обращение, для справки неопытным отцам, всегда несёт в себе какую–нибудь неприятность, но это уже совсем другая история.
   
   
   Глава 2. РАЗГОВОР С ПРОДЮСЕРОМ
   (о начале жизненных наблюдений начинающего литератора)
   
    - Алло!? Вы "Такой-то-Сякой".
    - Да.
    - Вас беспокоит продюсер "Этакий-Раз-Этакий",­­­ слышали, должно быть?
    - Нет.
    - Ну, как же? Знаменитую группу "Руки скрючило" знаете? А известного эстрадника Хохоткова?
    - Не знаю.
    - М-да. А кого Вы знаете из представителей этих жанров?
    - "Голубые гитары" и Райкина.
    - Как? В те времена уже были "голубые"? …Подумать только..? Ни когда б не поверил! Но и на том, спасибо. Так вот, чтобы ВАМ понятно было! Хохотков – это Райкин сегодня!
    - У нас сегодня уже есть один Райкин.
    - То сын, а это САМ, но сегодня.
    - Вы хотите пригласить меня на концерт?
    - Ни малейшего желания. Я хочу купить у Вас Ваш рассказишко.
   
    - Как, как Вы сказали? "Этакий-Раз-Этакий"?­ Очень, очень приятно! Я по телефону не сразу расслышал. С большим, большим интересом слежу за Вашим творчеством, а эта мелодия, "Прыщ на попе", даже стоит у меня на мобильнике. Вот Вы сейчас позвонили, а я думаю: "иХто-енд-то мне звонит… ни свет – ни заря?..." А это Вы! Так, что Вы из моих, говорите, бессмертных произведений, читали? Какое Вам так запало в душу, что Вы, "АЖ!", купить его собираетесь?
    - Ну, из "бессмертного", прямо скажу, ни чего не читал. А вот Ваш рассказик в городской малотиражке Мухосранска мне понравился. Паршивый, надо сказать, городишко, да и рассказишко не лучше, но в устах такого таланта, как Хохотков он зазвучит! Поэтому я и хочу Вам предложить, АЖ, 500 рублей.
   
    - Аж, простите, не расслышал, сколько?
    - Аж, 500 рублей!
    - Рублей? Аж?!
    - А, Вы доллары хотите?
    - Хочу, но евро!
    - Ну, дорогой мой, для пятисот долларов, не говоря о евро, надо быть Гоголем или, как минимум, Жванецким!
    - А я "Он" и есть, как Ваш Хохотков, но сегодня.
    - Так, Жванецкий, слава Богу, жив!
    - Я про Гоголя!
    - Ну, Вы даёте! Вы сами-то свой рассказ читали?
    - Представьте себе, читал! И Мухосранский "Центр Вселенной" у меня, его чуть ли не с руками оторвал.
   
    - Ну, тогда Вы не Гоголь, Вы Венера-сегодня! Я бы Вам сам руки оторвал, чтобы Вы хрень всякую не писали!
    - Так, что же Вы ее покупать собрались?
    - Из сострадания.
    - Полагаю, получив Ваше "сострадание", я ноги протяну…
    - Возможно и ноги, …руки, сами говорите, Вам в "Центре Вселенной" оторвали…. Сколько Вы хотите за свой бред?
    - За свой РАССКАЗ, я хочу получить… получить хочу… 1000 рублей!
    - Ага, как же? Я хоть слово о благотворительности сказал? Пятьсот пятьдесят! И это мое последнее слово!
   
    - Вы так тяжело больны, или репетируете свое выступление в суде?
    - Угу! Понимаю! Это Вы, таким способом шутить пытаетесь? Да, Ваш рассказ еще переделывать и переводить на человечий язык надо, чтобы люди в зале в обмороки не падали.
    - Тысячу, и делайте, с ним, что хотите.
    - Да на тысячу, Вы весь Мухосранск купите вместе с "Центром" и "Вселенной".
    - Не Ваше дело, что я куплю! Я сказал тысячу!
    - Это хорошо, что Вы в школе двоечником были…
    - Кто Вам сказал? Я…
    - Да, я по разговору чувствую. Запросы и публикации у Вас "астрономические", а способности на уровне начальных классов.
    - Ну, тогда отправляйтесь к Жванецкому…, или лучше всего к Гоголю! До свидания, точнее, прощайте!
   
    - Черт с Вами! Тысячу, так тысячу! Но переделывать этот бред Вы будете сами и к утру…
    - Не представляю, что могло не понравиться в моем рассказе человеку, с таким изысканным вкусом, как у Вас?
    - Да всё!!! Начнем с названия. Что это за слюнявое "Тихий семейный вечер"? Надо, что-нибудь рейтингОвое!...
   - "Отцы и дети", например, пойдет?
   - Пойдет. Не педофилия, конечно, но намек на инцест есть, схавают! Потом, у Вас там, отец разговаривает с дочерью, надо поменять на сына…
   - Но я же и пишу, что про сына "это совсем другая история"…
   - История должна быть та же, но разговор должен быть с сыном, а не с дочерью!
   - Это, что же тогда получиться, что мой сын должен в метро познакомиться с молодым человеком?
   
   - Наконец-то, дошло!
   - Вы не забывайте, что рассказ глубоко биографичен, я прожил эту драму, и выстрадал каждое слово, когда писал. Моя жена рыдала, как ребенок, а дочка до сих пор со мной не разговаривает! То, что Вы мне сейчас предлагаете, угробит отношения с сыном, а он у меня перворазрядник по боксу!
   - Так это что, драма!?
   - Это ТРАГЕДИЯ, выраженная автором в малой форме!
   - Блин, а я ржал, так, что чуть с полки не упал, когда мы с гастролей возвращались.
   - Вы черствый и циничный человек! Две тысячи рублей!!!
   - А вот это уже не смешно! Это, действительно, трагично! За что две тысячи?
   - Я должен буду написать, что мой мальчик, мой единственный сын, знакомиться в метро с мужиками!
   
   - Да поймите Вы, чудак-человек! Мальчик-девочка, это сегодня, уже не смешно!
   - Но Вы же смеялись.
   - Я смеялся над тем, что такие пеньки, как Вы, что-либо "петрят" в сексе! И, как оказывается, не зря смеялся!
   
   - У меня рассказ не про секс, а про зарождение первого робкого чувства, про взаимопонимание между поколениями, которые рука об руку ищут способы идти вместе по этой, Богом клятой, жизни.
   - Вы правы, рассказ действительно, должно быть, биографический! То-то я подумал, когда читал: "… не повезло детям, папаша совершеннейший болван!". Хренушки! Вам, а не две тысячи!
   - Может быть я и болван, но за меньшее я не согласен писать всякую бредятину!
   - Ну, положим, бредятину Вы пишите совершенно бесплатно, а я Вам предлагаю живые деньги. И мы уже обо всем договорились. Вы же сами сказали: "Тысячу, и делайте, что хотите!"
   - Так, Вы и делайте! И выпускайте "это" под своим именем! А свое, я пачкать не дам!
   - А за две тысячи, дадите?
   - За две тысячи, я сам буду писать, и смогу уберечь свое произведение и имя от Ваших грязных лап!
   
   - Хорошо. Что Вы предлагаете?
   - Я уже сказал. Две тысячи.
   - Я не об этом, две так две. Я спрашиваю, как Вы собираетесь переделать рассказ.
   - Раз Вы говорите, что девочка-мальчик, сейчас не актуально, я познакомлю в метро с молодым человеком свою жену.
   
   - Вы же пишете, что она "лет пятнадцать там не была".
   - Вот и хорошо, пусть молодость вспомнит…
   - И что дальше?
   - И все…!
   - То есть, как всё?!
   - А так ВСЁ! - хана молодому человеку.
   - Как хана? Это же не смешно!
   - А, Вы сначала перечитайте "Отцы и дети"!
   
   
   Глава 3. ВИЗИТ К РЕДАКТОРУ
   (продолжение жизненных наблюдений начинающего литератора)
   
    Большие хлопья снега, плавно кружа, опускаются на мой, некогда любимый, город. Одна из снежинок упала на мою ладонь и… не растаяла. "Наверное, я остываю…" – печально подумал я, и потянул на себя, негостеприимно скрипнувшую, дверь редакции "Центр Вселенной". По коридору в беспрерывной суете снуют какие-то люди. "Какой меня окружает жестокий и равнодушный мир…", - почему-то снова подумалось мне.
   
   Эх, мысли, мысли.… Если бы я успевал их записывать, жизнь могла сложиться совсем по-другому. Но она сложилась, как сложилась, и поэтому я должен, тесно прижимаясь к стенке, продвигаться сквозь безразличную массу людей, к ненавистной для меня двери. "Надо постучать!", - опять подумал я. "Пхни дверь ногой!" - посоветовал внутренний голос. Не время поддаваться эмоциям, и я берусь за ручку.
   
    - Здравствуйте, я, "Такой-то-Сякой".
    - О! Боже! Это опять Вы?!!!
    - Вы меня узнали?
    - Вас не возможно не узнать, единожды увидев! Вы мне, надеюсь, снитесь.
    - Нет…, Вы знаете, я сегодня очень рано встал, мысли, думы все не давали покоя…
    - М-да, действительно рано, я едва пообедать успел, а Вы уже здесь. Что принесли, на сей раз?
    - Рассказ. …Из выстраданного.
    - И насколько настрадали?
    - Если бы Вы знали, как трудно мне разговаривать с Вами в подобном тоне….
    - Сделайте милость…
   
    - …На полтора листа формата А-4.
    - О чем не спрашиваю, и так знаю.
    - Напрасно Вы так.… Ох, напрасно, если бы Вы только могли….
    - Могу и не только... Давайте.… Зайдите, через недельку, а лучше всего, через месяц.
    - Мне хотелось бы….
    - Мне тоже хотелось, но тут Вы пришли. А, надо сказать, до сих пор хочется и очень.
    - Вы сходите, я Вас подожду….
   
    - Нет, уж!!! Позвольте воспользоваться, декларируемым Вами, человеколюбием и состраданием. Говорите быстро, что Вам еще надо. Вы же понимаете, что я не смогу долго… терпеть… этого.
    - Мне бы хотелось сейчас обсудить мой рассказ.
    - А мне бы не хотелось, пока я его не прочту.
    - Но Вы же сказали, что знаете…
    - Это я, ВАС, хорошо знаю.
   
    - Тогда давайте обсудим мой гонорар.
    - Ваш, что?
    - Гонорар…
    - Да, Вы в своем уме? Может быть, рассказ нам не подойдет…
    - Подойдет…
    - С чего Вы взяли.
   
    - Предыдущий подошел, и этот подойдет.
    - Из-за Вашего предыдущего рассказа, мы лишились рекламы туалетной бумаги!
    - Какая связь между моим рассказом и рекламой туалетной бумаги?
    - Самая непосредственная, прочитав Ваш рассказ, люди перестали покупать туалетную бумагу!
    - Не понял.
    - Я сначала тоже, потом перечитал, и все стало ясно!
    - Так Вы же сами говорили, что моя "нетленка" увеличит тираж газеты в десять раз!
    - Она и увеличила!
    - И что?
   
    - И ничего! Читатели до сих пор этим тиражом и пользуются…
    - Вы хотите сказать…?
    - Я уже сказал; зайдите через месяц…
    - Почему через месяц?
    - К тому времени тираж закончится…
    - А гонорар?
    - Можете получить хоть сейчас…! Туалетной бумагой!
   
    - Здравствуйте, это отдел бесплатных объявлений?
    - Да.
    - Соблаговолите, пожалуйста, принять объявление: "Туалетная бумага, крупный опт, самовывоз из Мухосранска, по цене ниже, чем у производителя. Спросить Такого-то-Сякого".
   
   
    Как неумолимо стремительно летит время! Оглянуться не успел, а уже вечереет. Ах, как хорошо сказал наш местный поэт-песенник: "Как чарующе прикольны в Мухосранске сумерки".
   А снег все продолжает падать, заботливо укутывая мой любимый город белоснежным покрывалом.
   
   
   Глава 4. ВСТРЕЧА С ЧИТАТЕЛЯМИ
   (из жизненного опыта начинающего литератора)
   
    Чтобы там ни говорили, а истинный талант, всегда пробьет себе дорогу, или проложит, пусть даже, тоненькую тропку к сердцу читателя. Меня давно преследовала мысль, что я чудовищно талантлив, и только врожденная скромность не давала этой мысли развиться. Эх, за что я себя люблю, так это за скромность, всю жизнь из-за нее, окаянной, страдаю и маюсь, а все одно – лелею и пестую!
   
    Но вот ОНО! Случилось, сбылось, пришло признание, откуда не ждали! Всего три, подумать только, ТРИ рассказа опубликовал в нашей Мухосранской центральной газете "Центр Вселенной" и, вот на тебе! Слава, "безумные" гонорары… Главный редактор, аж, на улицу выбегает, чтобы меня проводить. Замечательный человек! Все говорит, что хочет лично убедиться в том, что я действительно ушел.…
   
   Сам, знаменитый продюсер, "Этакий-Раз-Этакий" звонил, много теплых, не скрою, приятных слов наговорил. Просил о сотрудничестве, обещал золотые горы. Что горы? Разве в злате счастье? Хотя, с другой стороны, кто-то из читаемых авторов обмолвился, что мол, если с реализацией вдохновения полный затык, то можно удачно рукопись втюхать….
    Но не время для раздумий, надо спешить. Первая встреча с читателями. Ой, как это волнительно! Вы, представляете, сегодня заглянул в почтовый ящик… Я обычно стороной его обхожу, - не дай Бог, счет за квартиру придет, иль еще какая гадость, даже дверцу сам отломал. А тут, словно сердце ёкнуло.
   Дай, думаю, посмотрю, может соседскую газету по ошибке сунули…. А там… Не передать словами...! Там приглашение на встречу с читателями.
   
    Так прямо и написано: "Такой-то-Сякой", подходите к половине девятого к Дому Культуры, для встречи с почитателями, Вашего таланта". И подпись: "Ваши читатели". Да Вы сами посмотрите, видите, "…почитателями …ТАЛАНТА"! Просто не знаю, кого благодарить. Скорей всего это "Этакий-Раз-Этакий" постарался, он еще, в последний наш разговор, все обещал, что, мол, мне это даром не пройдет, и он мне устроит…, что я его еще не раз вспомню…! Вот, все говорят, что, дескать, люди шоу бизнеса…, то-да-сё. Про изнанку, там, всякое…! А, "Этакий-Раз-Этакий",­­­ до чего же милый человек, я ведь его всего пару раз мельком упомянул в своем рассказе, а он тут же перезвонил. Зачем, мол, не надо было… этого делать. Очень скромный человек! Мне ли его не понять…?
   
    Нет, это скорей всего, наш Главный редактор! "Этакий-Раз-Этакий",­­­ если бы чего замутил, то в столице, а в Доме Культуры это, наверное, редактор. Вы знаете, какая мысль мне в голову вдруг пришла? Мало быть самому талантливым, надо, чтобы и редактор тебе попался, хотя бы одаренный или на худой конец незаурядный.
   
    Ой, надо собираться, спешить надо. Не удобно может получиться. Первая встреча с читателями, а опаздываю, как Президент. Разговоры тут же по городу пойдут: "Зазнался…". И всякое такое. Всегда у успешного человека найдутся завистники. Взять хотя бы того же Пушкина… ли Ходорковского, нет, Ходорковского брать не надо…, да и у Пушкина, как-то в конце не все удачно получилось.
   
   Вот. Вот он, уже! Наш Дом Культуры, как много с ним связано…. Во времена перестройки, например, только здесь можно было попить пиво перед сеансом, сколько я …. Мог ли я тогда подумать, что пройдет так мало времени, и этот Дворец распахнет передо мной свои двери для встречи с моими читателями. Всё же опаздываю. Уже все, должно быть, зашли! Ой, как неудобно получается! Вот только трое мужиков топчутся, пьянь, наверное, вон рожи какие. Нет, ты смотри, у них в руках газеты с моими рассказами. Ребятам, наверное не досталось билетов… Надо будет попросить, чтобы впустили. Жалко, парни, совсем продрогли.
   
   - Эй, мужик, ты "Такой-то-Сякой"?
   Это они мне? Не почтительно как-то, хрен Вам, а не контрамарки, раньше приходить надо было.
    - Да, господа, это я.
    - Тогда иди сюда, козлище!
    - Простите, я Вас не понял…
    - А мы как раз тебя и ждем, чтобы все объяснить.
    - Простите, Вы о чем?
    - О прекрасном, блин!
   
    Ах, этот ветер! Он так противно свистит в ушах. Как сказал поэт; студит висок…, и глаз… тоже… побаливает.
   Не знаю, друзья мои, поймете ли Вы меня правильно, но сразу три Дантеса, пусть даже для очень талантливого писателя – это много!
   
   
   Глава 5. КАК СТАТЬ БОГАТЫМ.
   (из жизненных наблюдений зрелого литератора)
   
    - Подумать только? Глазам не верю! Какая честь! Проходите, дорогой, Вы наш, располагайтесь. Чувствуйте себя как дома.
    - Здравствуйте… я…
   
    - Знаем-знаем, любезнейший "Такой-то-Сякой", кто в нашем городе Вас может не знать?! Обо всех собаках не скажу – врать не буду, а вот те которые читать умеет, знают известного, не побоюсь этого слова, - знаменитого Мухосранского писателя - "Такого-то-Сякого". Присаживайтесь, что изволите кофе, чай? Может быть, коньяк или водочки?
    - Да, нет спасибо, конечно…, но я уже сегодня пох…м…вастать не могу, но вполне приличный кофей пил… М-да, прилично… выпил… кофе. Я хотел бы узнать, зачем Вы меня пригласили?
   
    - А вот, Вы, как думаете?
    - Да, ни как не думаю…
    - И не догадываетесь?
    - О чём?
    - Зачем мы Вас пригласили.… Неужели не догадываетесь?
   
    - У меня складывается такое ощущение, что и Вы сами смутно это представляете…
    - А-ха-ха, шутник Вы наш, балагур-р! Вспоминаю, вспоминаю, как я смеялся, когда читал Ваши замечательные рассказы….
    - Да? А умные люди, говорят, …плачут.
    - И не говорите! До слез смеялся, даже рыдал в тех местах, которые понял. Особенно, когда этот пидор…
   
    - Простите, я на эти темы ни чего не писал…
    - Ну, как же?! Я не это имел в виду, я об этом козле…
    - Извините, но о животных я тоже не написал ни строчки… принципиально.
    - М-да? Ну, пидоры понятно, но козлы-то Вам, чем не угодили?
    - Козлы, как, впрочем, и все остальные – твари Божьи и не я им судья…
    - Ах, Вы даже не судить считаете возможным?! А что же тогда у Вас в "производстве"?
   - Я в основном пишу о человеческих страстях, проблемах и противоречиях общества и личности, иногда и, как мне, кажется, к месту могу помянуть природу… мать нашу.
   
   - Ага, я где-то так, примерно и понял…
   - Могу ли я все-таки полюбопытствовать, зачем Вы, меня, пригласили?
    - Я, думаю, Вы уже догадались, что не только кофе попить...!
    - Это да. …Будем здоровы!
    - Спасибо. И Вам не болеть! Давно бы так!
    - Так, я и не сегодня начал…
    - Да, я и вижу.… Закусывайте. Ладно, хватит недомолвок! Уважаемый, "Такой-то-Сякой", мы решили издать Ваше полное собрание сочинений.
   
    - Мое?
    - Ваше!
    - Какое может быть собрание из ТРЕХ рассказов?
    - Замечательное, закачаетесь, пальчики оближите! Тираж сумасшедший! С каждого рассказа - Вам процент!
    - Вы еще скажите, что в жесткой обложке…
    - Нет, в том то и фокус, что в мягкой! Но и это не всё! В рамках этого же проекта, Ваши рассказы будут изданы не только для зрячих, но и для слепых!
   
    - Это как это?
    - Очень просто и технологично: кто зрячий, так читать будет, а слепой то же самое на ощупь! И всем хорошо и приятно! Все рассказы будут, как бы в пупырышек!
    - Я, как-то раз, видел книгу для слепых.… Но зрячий, ее листать соскучится…
    - А ему и не надо листать, - он будет отматывать.
    - Это как?
    - Да, очень просто рассказы выйдут в серии "54 погонных метра"! Рулоном!
    - Так ВЫ хотите…?
    - … Да, хочу, только не полную. И Вы, будьте здоровы! …Хотим издать Ваши рассказы на нашей продукции! "Абразив" – называется!
   
    Что сказать Вам, терпеливые друзья мои? Нет слов. Когда-то во "Встрече с читателями" я писал, что настоящий талант всегда найдет себе дорогу или тропинку к сердцу читателя, но я тогда и предположить не мог, что она будет пролегать через….
   
    Как хорошо сказал наш местный поэт-песенник: "Я лирою бренчал, в бесчувственной толпе – теперь мне гонорары платят…"!
   Добавить к словам поэта нечего…
   Теперь я не только знаменит, но и богат.
   Чуть было не написал: какой дорогой ценой, мне досталось "моё место" в литературе!
   
   Глава 6. ОДА МУХОСРАНСКУ.
   (Поэма. По мотивам стихотворения Гоголя "Где на Руси жить хорошо?")
   
    Снег, Вы будете смеяться, но опять над нашим, Богом и людьми забытым, городом снег. Он ложится пушистым ковром, и, в отличие от Ваших столиц, никто его не собирается убирать.
   В нашем Мухосранске живут милые и доброжелательные люди. Они сюда попадают "по лимиту", а то и вообще "вахтовым методом", когда – кого - куда пошлют, то все почему-то приезжают к нам.
   
    Поэтому мне обидно читать, когда пишут, что наш Мухосранск – дыра. У нас очень часто бывают знаменитости, более полугода, например, гастролировал известный певец, - лечился у нас от тяжелой формы дальтонизма, - не мог розового от зеленоватого отличить.. Ни где в мире эту болезнь не лечат, а у нас, пожалуйста! Уехал здоровым. Поклонники говорят, что теперь не только петь, но даже говорить старается по-человечески, и со цветовосприятием у него все в порядке.
   
   Да и члены Правительства у нас, кстати, частые гости, правда, они стараются бывать здесь инкогнито, и с новациями своими к нам не лезут. Живут тихо, так, не высовываясь, лишь ночью за водкой выбегают. А поскольку на весь Мухосранск только одна круглосуточная лавка, "Круиз" – называется, то мы все здесь и встречаемся. И стоят, надо сказать, они, как миленькие, в очереди с нами, простыми жителями. Первые два-три дня очень стесняются из горлышка пить, а потом, ничего – привыкают, надоедает без конца бегать. И, если Вы где прочтёте, что такой-то, дескать, вернулся из "круиза" – знайте, был у нас, особенно если рожа помятая, и глаза, вопреки обыкновению, виноватые.
   
    Особая песня это постоянные жители. В основном – это очень заслуженные люди. Получить у нас прописку… Как бы Вам объяснить… Это так же, как оформить простому таджику временную регистрацию в квартире жены Вашего Мэра (говорят, что у Вас, даже сам Мэр большего не имеет).
   
    А знаменитостей у нас много, даже есть несколько, которые целыми государствами правили. Их послали. Они к нам приехали, так и остались. Живут помаленьку, ни кто их, кроме сограждан, не обижает, даже худого слова им не говорят. Некоторым, особо пострадавшим от "этого дела", в "Круизе" даже наливают нахаляву. С одним из них часто встречаемся. Хороший мужик, как оказалось! И чего ему комбайнером не работалось?
   
    Мухосранск – многонациональный город. Порой, мне кажется, что, сколько жителей – столько и национальностей. И живём мы мирно так, не ссоримся. Правда евреи и чукчи всех достали, где не соберутся, всё анекдоты друг про дружку травят, сами ухохатываются, а полгорода понять ни чего не может. Говорят, правда, что одного из них здорово отмутузили на межнациональной почве – и то русским, сволочь оказался.
   
   И с религией у нас все в порядке. На днях, вдруг выяснилось, что Аллах, таки, Акбар. В честь этого события, была отслужена месса, литургия, и прошел молебен с крестным ходом. Затем еще три дня в Синагоге не просыхали, потом все вместе пошли хадж совершать, пока ни кто не вернулся, но в "Круизе" говорят, что участников паломничества периодически видят.
   
    В нашем городе огромные возможности реализовать себя. Скажем, рожден был человек сапожником, но не повезло ему в жизни! Родители, дурная родня, не порочащие связи, втянули парня сначала в институт, потом на престижную работу.… Сами знаете, как бывает, дальше пошло-поехало, и докатился мужик, - стал министром, иль того хуже. Всем плохо: и ему, и Вам. А у нас он сердцем отдыхает. И ему все спасибо говорят, и мы босые не ходим.
   
   Тут один у нас на полставки электриком наездами подрабатывает. Приехал – все ему было до лампочки…, и ту вкрутить не мог. А сейчас, говорит, что обязательно к нам вернется, когда рано или поздно свое отсидит. Очень тяготится, что с этим делом тянут, годы то идут, а хочется в свой адрес хоть что-нибудь, кроме мата услышать.
   
   Так, что зря Вы так, про наш Мухосранск, зря. Все в городе для жизни есть, даже своя газета - "Центр Вселенной" называется, и очаг культуры, в виде Дома есть, и даже, говорят, теплится, я сам недавно там пробегал…, видел.
   Я не приглашаю Вас в гости. А, не хочу! Сами приедете, еже ли хто пошлет. Как написал наш местный поэт-песенник: "Мухосранск – как много в этом слове…. запятых и многоточий!".
   
   
   Глава 7. ТРАВЛЯ…
   (из жизненных наблюдений знаменитого литератора)
   
    Вот он…, лаврОвый венок, съехавший на ухо.… Вот она популярность и слава…! Как это обидно, когда ты имеешь все, к чему стремился: признание, известность, богатство и вдруг понимаешь, что кроме геморроя в голове и заднице, тебе это ничего не дает.
   
    Ну, скажите, на милость, на кой ляд мне нужна та известность и узнаваемость, если из-за нее, я в трамвае проехать спокойно не могу…, каждый раз приходиться билет покупать! А богатство? Что оно может дать, кроме права делать большие долги? Или, скажем, слава, что она мне дала, кроме ватаги завистников, и сволочей соседей, которые перестали давать в долг?!
   
    Вы когда-нибудь выходили на улицу с голой задницей? Нет? Тогда попробуйте, прогуляйтесь, хотя бы до ближайшего винного, а когда вернетесь, перезвоните мне, и тогда мы с Вами поговорим. Без этакого моциона, боюсь, Вы не сможете меня понять.
   
    Но самое ужасное это читать о себе критические статьи и светскую хронику. Я не против критики, скорее даже, наоборот, с удовольствием читаю злобные выпады, ни черта в литературе не понимающих, клеветников, которым выпала редкая удача в жизни - прочитать мою очередную "нетленку". Я радуюсь, что мои произведения читает, не только культурная половина человечества, но даже те бестолочи, которые не в состоянии оценить свалившегося на их головы счастья в виде моих трех рассказов. Поэтому я всегда с благодарностью воспринимаю любые критические замечания не только в адрес моих творений, но и персонально в мой.
   
   Как я раньше спокойно жил! Я даже не знал, кто такие критики! Критики - это шакалы и гиены от литературы. Шакалы это те, которые тебя хвалят, при этом, намекая, что если бы не они, то нормальный человек в моей "гениальной галиматье" сам не разберется. Гиены – это те, которые ругают. От Шакалов они отличаются только тем, что открытым текстом пишут, что я дурак.
   
    Грустно, ох как печально, но они правы! Вы видели, когда-нибудь моих критиков живьем? У них хари в два раза шире моей! Они сами в жизни ни чего не создали и не написали, кроме "Суммы прописью". Но почему-то считает свое мнение истиной в последней инстанции. Если бы ни я, чтобы они критиковали? Название газеты и рекламные предложения проведения досуга?! Эти крысы все живут за мой счет, а ведут себя так, как будто я им по гроб жизни должен быть признателен.
   
   Я написал всего три, ТРИ рассказа и получил за это два мешка туалетной бумаги "Абразив" и по морде от "почитателей таланта". А, эти гады? Ну, скажите, откуда у нас в Мухосранске может взяться такая прорва критиков? Аж, целых два! Мне, для того, чтобы опубликовать свои рассказы, пришлось пройти через огонь и воду, а медными трубами меня, вообще, так отдубасили…, что вспоминать не хочется.
   
   А эти крысы свои критические статьи публикуют, чуть ли не каждый день! Чтобы рожи стали еще шире, они и диспут в "Центре Вселенной" (наша городская газетенка) организовали: "Творчество "Такого-то-Сякого" в преломлении Мухосранской действительности"! Уже никто толком не помнит о чем, собственно рассказы, но эти гниды не унимаются: "Трагизмом пронизано описание чудесной природы Мухосранска…" – пишет Шакал. "Клевета на повседневную жизнь мухосранцев сопровождает все творчество, так называемого, писателя, даже в описании природы он умудряется бросить тень на наш замечательный город", – вторит ему Гиена. И это все про два упоминания о падающем снеге!!! Я, что ли виноват в том, что у нас в Мухосранске бывает такая говеная погода!?
   
   А светская хроника?! Это же кошмар!
   "Сегодня ночью все почитатели таланта "Такого-то-Сякого" могли лицезреть своего кумира в "Круизе" (это наш единственный на весь город круглосуточный ларек). Дорогие читатели, попробуйте угадать, зачем туда пришел маститый литератор! (Сам-то ты, как там оказался, папарацци, хренов?). В связи с этим Редакция объявляет конкурс среди читателей газеты, победителем которого станет тот, кто точно назовет дату, когда он видел нашего знаменитого писателя в последний раз трезвым!".
   И все в подобном духе.
   
   Даже наша городская утренняя радиопрограмма "Мухосранские вечера" и та в интервью прошлась по мне катком.
   - Расскажите, для наших радиослушателей, как Вы, известный мухосранский писатель, относитесь к русской классике?
   - А никак не отношусь (честно отвечаю я). Я считаю, что мой вклад в литературу пока слишком незначительный (опять же чистая правда). Вот, когда я напишу, помимо своих трех рассказов, еще что-нибудь достойное называться классикой, вот, тогда и поговорим (просто, конкретно и скромно).
   - Если я Вас правильно поняла, Вы хотите поставить себя в один ряд с Гоголем и Чеховым.
   - Ну, что Вы? Я не могу этого сделать по определению – они ведь давно умерли, да и жили в разное время.
   - Но Ваше творчество можно сравнить с трудами классиков?
   - Заметьте, это Вы предложили, и Ваш выбор делает честь Вашему вкусу. По-моему, мнению, любые произведения можно сравнивать. Все в этом мире познается в сравнении. Как сказал, кто-то из великих, быть может, даже я: "…три волоса на голове, как не крути, - явно мало, в то время как те же три волоса в супе, - перебор!"
   - В последнее время в прессе Мухосранска все больше критических статей с негативной оценкой Вашего творчества, как Вы это прокомментируете?
   - А не как! Что делать, если не все критики обладают таким хорошим вкусом как Вы.
   - Кто Вам сказал, что мне Ваши рассказы понравились?
   - Так Вы и сказали, даже хотели их сравнить…
   - Да ничего я не говорила, я их вообще не читала!
   - А Гоголя читала?
   - А вот Гоголя читала!
   - Тогда о чем мы говорим?
   - О Вашем отношении к русской классике.
   - Плохо я к ней отношусь…
   - Почему?
   - Потому, что, если Вы кроме Гоголя ни чего не будите читать, у меня ни когда не будет шанса найти рядом с ним свое место…
   
   
   Глава 8. СОБАЧЬЯ ЖИЗНЬ
   (из жизненных наблюдений матерого литератора)
   
    Огромная армия моих читателей и поклонников моего таланта (я не делаю между ними различий, чтобы не запутаться) одолевают меня просьбами. "Такой-то-Сякой! Почему бы Вам – говорят они: ни написать рассказ о животных? Уж больно достали Вы нас, всех до глубин души описанием Ваших сложных взаимоотношений с человечеством!".
   
    Вы знаете, друзья мои, я с Вами согласен. Сколько о человечестве не пиши, – ему всё одно – Божья роса!!! А поскольку наше Мухосранское "Общество защиты потребителей" подало иск на производителей туалетной бумаги "Абразив", на которой, в основном, и печатаются мои произведения, костлявая рука голода заставила меня "обратить взгляд" на этикетку собачьих консервов нашего питомца, стоящие в холодильнике.
   
    Не могу поспорить с нашим местным поэтом-песенником, который написал замечательные, проникновенные строки, достойные быть эпиграфом ко всему моему литературному наследию!
   
    "Чем чаще я людей встречаю,
    Чем ближе их я узнаю!
    Тем достоверней понимаю,
    Что больше я собак люблю!"
   
   Если каждый из нас заглянет к себе в душу, то мы найдем там очень много общего с нашими четвероногими друзьями. Я уж не говорю о тех качествах, которые наиболее заметны в окружающих, как-то: злость, прожорливость, зубоскальство, стремление посидеть на свежескошенной траве, до полного ее высыхания. Я же хочу заострить Ваше внимание на тех чертах, которые мы в первую очередь ищем в собаке, но не всегда находим в себе, и практически ни когда в других: преданность, смелость, умение искренне выражать свои мысли и чувства, если не языком то, пусть даже, отдельными частями тела.
   
   Собака носит высокое звание "Друга человека", а его врагом становиться, как правило, по нашему науськиванию, в то время как, давая оценку своим взаимоотношениям, мы чаще говорим: "Человек – человеку волк". Нельзя пройти мимо вопиющего факта, что в безграничной гордыне, мы лишь позволяем собакам себя любить, и ценим в них больше всего их трепетное отношение к нам. Даже наша похвала: "преданный как собака", имеет снисходительно-прене­брежительный­ оттенок.
   
   Давно подмечено, что степень здоровья общества определяется количеством бездомных собак. У нас Мухосранске их практически нет, особенно в районе корейского ресторана. У Вас в столицах бродячие собаки встречаются, но реже чем беспризорные дети. Это говорит о том, что к собакам в мегаполисах отношение хорошее.
   
   Вот такие мысли меня посетили, пока я рассматривал этикетку на собачьем корме, стоя в очереди в "Круизе" (наш литературный клуб на базе ночного ларька). Открыл банку, понюхал, облизнулся, и дал себе слово, что закушу только половинкой. А остальное, отнесу домой и по-тихому опять поставлю в холодильник.
   
   С друзьями надо делиться, если не хочешь их потерять!
   
   
   Глава 9. НЕ ДОЖДЕТЕСЬ!!!
   (обращение знаменитого литератора к читателям)
   
    Да, идите, вы, к чертовой бабушке, дорогие читатели! Слушать вас не желаю! Ну, нет у природы-мамы более неблагодарного создания, чем читатель! За свою многолетнюю творческую жизнь я написал три, аж, ТРИ рассказа! Нет же, мало вам этого! Грибоедов, тот вообще одну пьесу написал, - и чем он кончил? А, мне, что – послом в Прибалтику из-за вас ехать?
   
    - Напиши, осчастливь! – со всех сторон.
    Ну, написал бы, - Ну? Осчастливил бы?! Черта с два! Тут же все, как с цепи бы сорвались: "Ах! Нам скучно Вас читать!". А кто обещал, что будет весело? Уж такая наша планида, тут кого ни возьми… хоть Конфуцию хоть меня – веселого мало. Одна лишь глубина мысли! А нырять - не нырять, это дело, простите, личное каждого. Неподготовленный читатель, так тот и расшибиться может с непривычки, как рыба, об лед моих философских размышлений.
   
    Чем я еще могу, позвольте вас спросить, с вами поделиться, как не мудростью! Я же не пишу банальности: "Не стой под стрелой - не заплывай за буек"! А, ежели кто донырнуть не может – уж извините, здесь не писателя вина. Как замечательно написал наш Мухосранский поэт-песенник: "Об дно идей моих бессмертных, ни кто башку не расшибал…". Так, что постижение произведения читателем – проблема самого читателя! Не надо сразу хвататься за "Такого-то-Сякого"! Начните с Андерсена, Гофмана, Вольтера. Толстого не мешало бы почитать, наверное…. Говорят, тоже неплохо писал. Глядишь, с годами, и мое творчество станет доступней для осмысления.
    Я еще могу понять, когда неспециалисты имеют дерзость рассуждать о сантехнике, медицине, образовании. Здесь есть критерии, против которых не попрешь, как против фактов или лома, например.
   Унитаз не работает, бок болит, сын-дурак двойку принес – здесь все ясно, не к тем специалистам попал, и нелишне будет им и советы дать, раз сами не знают - не умеют.
   
    Писатель – совсем другое дело. Кому может быть дано сказать хорошее произведение или плохое? Да, ни кому!!! Не понравилось, значит, не поняли…, а понравилось тут, и спорить не о чем! Вы улавливаете мою мысль? Под эту сурдинку я мог столько понаписать - мало бы не показалось. Но я же этого не делаю! Я даже не спекулирую на своем виденье окружающей нас действительности, как это делают горе-художники. Вы спросите меня: "Почему?". Отвечу: потому, что я пытаюсь быть честным перед вами. Я не идеален. Да я не плачу за квартиру и за проезд в трамвае, относя эти расходы к разряду непредвиденных, а потому и не обязательных, но я ни когда не вру моим читателям! Если я ни разу не видел кубической бабы голубого цвета, даже в морге и на улице, то никогда не позволю себе пытаться в этом убедить вас, независимо от того, сколько перед этим выпью.
   
   За это меня и не любят мои коллеги и критики.
    - Вы, "Такой-то-Сякой", воинствующий материалист, напрочь, лишенный воображения! – говорят они в один голос.
   
   Даже клеветой назвать эти грязные выпады, язык не поворачивается! Какой же я, к чертовой матери, материалист, если живу на доходы от продажи туалетной бумаги, на которой напечатаны те самые мои ТРИ рассказа? Это кто же меня лишил воображения, если, дожив до своих лет, я до сих пор верю в любовь и дружбу? И искренне хочу, чтобы в это верили вы! И не потому, что в буйстве фантазий своих пытаюсь ввести вас в заблуждение! Нет! Потому, что они действительно есть, просто сейчас, быть может, вам не повезло: любовь не встретилась, а дружба не состоялась…. Я считаю, что мало в это верить, надо, чтобы вы были готовы к этим прекрасным чувствам. Для того чтобы, встретившись вам, любовь не прошла мимо, а дружба стала крепкой!
   
   К чему это я? Ах-да! Идите, вы, к чертовой бабушке, дорогие читатели – не будет вам четвертого рассказа. Не дождетесь…! Пока мне нечего сказать вам….

Дата публикации:23.03.2005 07:59